Убойная линия. Крутые меры - Илья Бушмин

Я не пытался выразить этими словами солидарность. А действительно предпочел бы обойтись без его банальных якобы философских реплик. У меня для этого Мельник есть. Про Чука и Гека вообще молчу.

– Ой, а может, вы кофе хотите? Я сразу не подумал. Простите, жутко занят сейчас, голова уже не соображает. Столько дел навалилось…

– Спасибо, не хочу, – соврал я. Надо же марку держать. – Вы сейчас, получается, руководите фирмой?

– Ну, не то чтобы… Я временно исполняющий обязанности генерального директора, – Чистюхин вздохнул. – Пока хозяйка не решит, оставить меня или… Ну, вы понимаете.

– Хозяйка? – повторил я.

– Ну, да. Мария Сергеевна Гомонова. Вдова Артема Михайловича.

Я задумался. Тем временем молоденькая сотрудница с папкой в руках просочилась в кабинет и передала Чистюхину папку. Чистюхин проводил ее заинтересованным взглядом. Очевидно, должность и.о. директора несла с собой не только новые обязанности, но и новые возможности. Вот, уже и на очередную секретаршу очередной шеф глаз положил. Круговорот порока в природе.

– Вот, держите. Личное дело Филозовой, – Чистюхин передал мне тонкую папочку. – Но она не работает у нас уже пару лет, не знаю, как она вам помочь сможет.

Я увидел по его глазам, что Чистюхин врал. Сукин сын пытался усидеть на кресле, а для этого нужно было обхаживать новую хозяйку. Потерпит ли она того, кто знал про любовницу убитого мужа? Конечно, нет. Вот и причина странного поведения заместителя. Я хмыкнул в ответ:

– Поживем-увидим. Так вы кофе предлагали?

Чистюхин вздохнул и снова взялся за телефон. А я тем временем открыл папку. В личном деле было фото Насти. Молоденькая, хрупкая и очень миловидная блондинка с большими глазами.

У Гомонова определенно был вкус.

Я отправился по адресу, указанному в личном деле. Адрес числился и в строке «место проживания», и в строке «место прописки», поэтому была надежда, что и спустя два года Настя обитала именно там. Так я рассуждал, когда ехал на восточную окраину города. И меня, конечно, ждало разочарование.

Дверь мне открыла встревоженная женщина лет 50, которая встревожилась еще больше, узнав, кто я и, главное, откуда.

– Отдел убийств?

– Вы не переживайте. Мне просто надо задать вашей дочери Насте пару вопросов. Только и всего.

– У нее… у нее проблемы?

– Нет-нет, что вы. Настя работала в фирме, хозяина которой убили. И мы сейчас всех сотрудников опрашиваем, в том числе бывших. Так всегда делается. Дежурная, можно сказать, процедура, – запудрив мозги женщине, я повторил: – Так Настя дома?

– Настя не живет с нами. Она редко приезжает, даже очень. Мы ее почти не видим.

– Вот как. Но у вас наверняка есть ее телефон, правильно?

– Простите, я не… Настя сама звонит, и то редко. Мы почти не общается. У нее сейчас своя жизнь.

Мне ничего не оставалось, как вручить женщине визитку.

– Когда она приедет или позвонит в следующий раз, передайте, пожалуйста, ей мой номер. Меня зовут Максим Силин. Вот рабочий, а вот сотовый. Пусть она мне позвонит. И передайте, что ей нечего волноваться или бояться. Пара вопросов и все.

Когда я выходил из многоэтажки, где была прописана Настя, то мысленно прикинул, где должны быть их окна. И, садясь в машину, задрал голову вверх. Так и есть: лицо Филозовой с взволнованными бровками домиком маячило в окне. Но сразу же исчезло, когда Филозова заметила меня.

И опять все врут. Она прекрасно знала, как найти дочь. Но что я мог? Оставалось надеяться, что Настя все же заинтересуется и позвонит.

Остаток вечера мы с Мельником провели в нашем любимом баре. В том самом, где Мельника едва не развели, как последнего, простите, фраера. Когда я подъехал, Мельник уже сидел за столиком, допивал вторую кружку пива и косился по сторонам.

– Эта тварь не появляется, – доложил он. – Анжела, мать ее за ногу.

Я сделал официантке знак, который означал «мне то же, что и ему».

– Дим, я тут все думаю про нашего мокрушника Морса. Получается, он подтянул Фролова в команду для выполнения заказа по Гомонову. А потом Фролов испугался и соскочил с темы. Правильно?

– Ну и хорошо, что не появляется. Надеюсь, до нее дошло, что я не шутил. Если увижу ее тут еще хоть раз – реально на лоскуты порву.

– И что же делает Морс? Он мочит Фролова. В те же сутки работает и по Гомонову. Спешил, чтобы никто не мог потянуть за ниточку Фролова и выйти на Гомонова. Иначе бы заказ сорвался. Так?

– Надо было ее громиле тоже башку проломить. У меня до сих пор череп ноет, прикинь? Конкретно он меня приложил, гаденыш.

– И вот именно это не дает мне покоя. Получается, что через Фролова мы могли бы выйти на Морса. Но как? Черт, я уже несколько дней землю носом рою, но нигде никаких следов этого долбанного Морса.

Мельник только сейчас сообразил, что разговор у нас выходил весьма странный.

– Черт, Силин, ты меня вообще слушаешь, нет?

– Дим, соберись, – строго посоветовал я. – Я вот думаю: а почему Морс сразу не убрал Фролова? В тот же день, когда тот отказался? Ведь пара дней, наверное, прошло. Почему Морс выжидал эти пару дней?

– Понятия не имею.

– У меня тут по этому поводу мысль нехорошая бродит. А что, если Морс был занят? Что, если он искал себе еще кого-то в команду прикрытия? Вместо выбывшего Фролова? Человека на замену? И только потом убрал Фролова?

Мельник задумался.

– Логично, че. Если ему нужен был помощник, значит, он так работал. Или значит, что в этом деле без помощника было сложно обойтись. Ну да, если Фролов соскочил, Морсу был нужен кто-то вместо него.

Мысль мне понравилась. Настолько, что я вышел из бара на перекур и набрал телефон Паяльника.

– Максим Викторович, салам.

– Как воздух свободы? Пьянит? Или уже привык?

– Пьянит меня не воздух свободы, а походу скорее пивасик…

– Сунь голову под холодную воду. Дело есть.

– Для вас что угодно, Максим Викторович.

Настороженно я относился к такой лести. Чем больше человек говорит «для вас что угодно», тем больше вероятности, что он палец о палец не ударит. Надеюсь, конечно, к Паяльнику это не относится. Было бы совсем несправедливо.

– Даю установку. Фролова к тому заказу подтянул кто-то по кличке Морс. Я тебе про него говорил уже. Так вот, этот Морс в твоем районе мог подтянуть еще одного человека. Для того же самого дела. Не исключено, что кого-то из знакомцев Фролова.

– Чего?

– Я говорю, надо узнать про корешей и просто знакомых Фролова. У кого из них движухи в последнее время. Может, кто-то пропал. Или у кого-то резко деньги появились. В общем, нужен человек, у которого в последние дни поперли движняки. Поспрашивай. Фролова убили недавно, так что на эту тему можно со всеми смело базарить. Может, что-то и разнюхаешь. Лады?